Аэрокосмическое общество Украины
Аэрокосмический портал Украины
"Информационно-аналитический центр "Спейс-Информ"
 
В начало     Новости      Аналитика      Право      Магазин      Справочник      О нас
 
  Все новости
   
 
Гром и молнии генерала Вознюка

Гвардии генерал-полковник артиллерии Василий Иванович Вознюк
























    Владимир Платонов

    Особое назначение
    Уезжая из Констанцы в Москву, командующий артиллерией Южной группы войск генерал-полковник М.Неделин предупредил своего заместителя генерал-лейтенанта В. Вознюка: «Готовьтесь к отъезду и новой работе».
    В мае 1946 года Вознюк сдал дела и вылетел в Москву. Первый заместитель Министра Вооруженных Сил СССР Н. Булганин ознакомил генерала с постановлением Совета Министров СССР от 13 мая 1946 года по вопросам реактивного вооружения:
    – Создан Специальный комитет по реактивной технике: председатель – Г.М.Маленков, заместители председателя Д.Устинов и И.Зубович. Определены головные министерства по разработке и производству реактивного вооружения: по реактивным снарядам с жидкостными двигателями – Министерство вооружения (т.Устинов), по реактивным снарядам с пороховыми двигателями - Министерство сельскохозяйственного машиностроения (т.Ванников), по реактивным самолетам-снарядам – Министерство авиационной промышленности (т.Хруничев). Министерству Вооруженных Сил СССР поручено внести в Совет Министров предложение о месте и строительстве Государственного Центрального полигона для реактивного вооружения. Должен предупредить: за вами, товарищ Вознюк, не только выбор места, но и формирование полигона, – подчеркнул Булганин. – Вам будет выдан специальный мандат за подписью товарища Сталина.
    Приказ о назначении В.Вознюка начальником ГЦП – Государственного Центрального полигона – подписан 10 июня 1946 года. Новое назначение молодой 39-летний генерал-лейтенант воспринял как «Божий дар»: его пылкая, темпераментная, взрывная натура требовала активных действий, а тут – такая удача: ракетное дело только начиналось…
    В составе специальной группы Вознюк посетил Германию, ознакомился с трофейной техникой: ракетой ФАУ-2 и зенитными ракетами – Вассерфаль, Рейнтохтер, Шметтерлинг. В Германии работала специальная комиссия, задачей которой было полное восстановление технической документации и образцов ракетной техники, восстановление лабораторий и стендов со всем оборудованием и приборами, подготовка кадров отечественных специалистов для овладения секретами конструкции ракет, методов испытаний, технологий производства и сборки ракет.
    На базе гвардейских минометных частей в деревне Берке формировалась Бригада особого назначения (БОН) для освоения, подготовки и пуска ракет ФАУ-2. Здесь Вознюк задержался: к минометчикам он питал особую привязанность, по сути, вся война для него была связана с «Катюшами». Командира БОНа генерал-майора А. Тверецкого Вознюк. хорошо знал, теперь им предстояло вместе работать на полигоне. Здесь стало ясно: ракеты – это не «Катюши», они несоизмеримо сложнее реактивных установок.
    В «логове фашистского зверя», как тогда называли Берлин, на Вознюка нахлынули воспоминания о прошедшей войне. ...Гром вознюковских «Катюш» смолк в середине апреля 1945 года в столице Австрии – Вене. Вознюк добивался, чтобы его гвардейцам доверили штурм Берлина, но получил решительный отказ: «Понадобитесь - получите приказ. А пока – наслаждайтесь вальсами Штрауса»... Так в Вене и дождались праздника Победы. 9 мая загремели военные оркестры: конец войне! Де-мо-би-ли-за-ция!..
    Генерал Вознюк обнял своего любимца Гришу Гринюка, прошедшего с ним всю войну, дважды спасавшего ему жизнь, и по народному обычаю трижды поцеловал: «Спасибо тебе за все, мой дорогой друг!» Солдат оторопел от генеральской нежности. Не зная, как себя вести в столь пикантной ситуации и, не придумав ничего лучшего, неожиданно спросил: «А вы, товарищ генерал, куда?»
    «Действительно, куда? – подумал Вознюк. – Солдату проще: отвоевался, махнет в родное село, будет крутить баранку газика, женится... А я? Чертовски сложный вопрос». «Поживем – увидим, Гришенька, – улыбнулся генерал. – Будь добр, оставь адрес»…
    По возвращении из командировки Вознюк сразу написал письмо Гринюку: «…Уехал я из Констанцы еще 15 мая 1946 года и с тех пор объездил половину страны. Сейчас на новой работе, но еще не определилось место, район, где буду работать… Известно, что наша работа будет не в большом городе, а в степи…Скоро ко мне должны приехать Аксенов, Порошин, Ларин, Шараев, а Еремин и Снитко уже сейчас работают со мной. Дали согласие на перевод ко мне Михайлов и Завгородний… Если не передумал, буду рад работать с тобой. Машины обе здесь, и я жду твоего решения. Гриша, если тяжело материально, пиши, не стесняйся – помогу. С уважением – В. Вознюк. 14. 09.1946 года».
    ...Место для полигона выбрали вблизи села Капустин Яр, расположенного у самой Ахтубы – левого рукава нижней Волги. Территория пустынная, много солончаков. Зимой здесь свирепствуют ветры, бывают сильные морозы, летом – пыльные бури, невероятная жара. По совокупности неудобств худшего места не найти, но именно Капустин Яр заинтересовал конструкторов и военных, по трассе полета ракет дального действия практически не было населенных пунктов...
    23 июня 1947 года Капустин Яр обрел статус Государственного Центрального полигона, а 18 октября 1947-го здесь провели первый пуск. Сопоставляя даты, трудно представить, как за такой короткий срок ракетчики одолели путь от пустыни до ракетного старта. Черт с ней, что первая ракета была трофейной, главное – полетела!..
    И был праздник, и ракетчики целовались, и не стыдились слез...

    Под созвездием Козерога
    Среди ученых, конструкторов, промышленников особо выделялся С.Королев, и хотя его непосредственным начальником был генерал Л.Гонор и у него было еще много других начальников, в ракетной технике он сразу стал лидером. Когда Королев познакомился с Вознюком и увидел его в деле, понял: ракетчикам крепко повезло, что именно генерал Вознюк возглавил полигон – лучшего хозяина трудно найти!
    Выяснилось: Сергей Королев и Василий Вознюк – почти земляки, да к тому же еще и ровесники. Будущий Главный конструктор родился 12 января 1907 года, а будущий начальник ракетного полигона – в первый день нового года. Оба родились в Украине, в соседних областях: Житомирской и Винницкой. Ни Королев в Житомире, ни Вознюк в Гайсине долго не жили – Сережу перевезли в Киев, затем в Нежин, Васю – определили в Харьковский пансион. Оба родились в семьях интеллигентов: родители Королева учительствовали, мать Вознюка первые семь лет преподавала украинский язык и литературу в школе, затем перешла в театр, где работал актером ее муж.
    Сохранилась афиша 1918 года: в комедии И.Карпенко-Карого «Суета» роли исполняли сразу все Вознюки: отец, мать и их совсем юный сын. Подрабатывал Вася и суфлером Украинского народного театра (г.Харьков). Знал на память множество пьес, водевилей и оперетт. С родителями-актерами объездил всю Украину, побывал и во многих городах России. Однажды с театром юный Вася Вознюк попал в Мариуполь и заболел морем. Взяли его матросом на пароход каботажного плавания. «Понюхав моря», решил стать капитаном дальнего плавания. Пытался поступить в мореходку, но вышла «осечка» – не хватило образования. Поступил в артиллерийскую школу, которую окончил третьим по списку успеваемости. Местом службы выбрал Днепропетровск – здесь, в 30-м артиллерийском полку, началось его восхождение как артиллериста. В 1937 году В.Вознюк, пройдя все ступени роста, стал командиром полка и одновременно слушателем заочного факультета Академии имени Фрунзе.
    Науку побеждать Вознюк постигал уже на войне. Драматические события первых месяцев войны всем хорошо известны, но именно в сорок первом майор Вознюк получил свой первый орден. Не до наград тогда было, но если уж награждали, значит, было за что!
    Вознюка заметили. Вызвали в Москву и доверили ему самое секретное оружие тех времен – реактивные «Катюши». Воевал на Брянском, Воронежском, Юго-Западном фронтах, особо отличился при окружении и разгроме армий Паулюса (орден Ленина, звание генерал-майора). Полководческий талант гвардии генерал-лейтенанта артиллерии В.Вознюка в полной мере раскрылся при форсировании Днепра, освобождении Днепропетровска, Запорожья, Кривого Рога: 12 минометных частей оперативной группы В.Вознюка удостоены почетных наименований, связанных с Приднепровьем, а сам командир награжден полководческими орденами Кутузова и Суворова (форсирование Днепра, Никопольская и Криворожская операции). Вместе с 3-м Украинским фронтом освобождал Одессу, дошел до Балкан и закончил войну в столице Австрии кавалером орденов Богдана Хмельницкого первой и второй cтепени.
    Заслуги С.Королева в годы войны были отмечены гораздо скромнее: орденом «Знак почета». И то ему крупно повезло: не всех бывших зэков награждали орденами. Кто знает, прислушались бы наши мудрые вожди к Сергею Павловичу Королеву - начали бы развивать ракетную технику накануне войны, вполне возможно, что и ход войны был бы иной, и потери не столь значительны, и не пришлось бы нашей стране в спешном порядке осваивать ракетную технику поверженной Германии.

    Грандиозный «подарок» съезду
    Сколько раз в печати трубили о самоотверженности наших атомщиков и ракетчиков, которые в «невероятно трудных условиях» ковали «щит и меч» нашей страны. У нас всегда на первом плане были «трудности», затем – Дело.
    В феврале 1956 года в Москве проходил XX съезд КПСС. В президиуме впервые не было Сталина, но остались его соратники и ученики. Начался съезд, как начинались все предыдущие съезды, одно удивляло: министр обороны СССР маршал Г.Жуков то появлялся в президиуме, то внезапно исчезал. Мандатная комиссия отметила отсутствие делегатов съезда: министра оборонной промышленности Д.Устинова, маршала артиллерии М.Неделина, начальника ГЦП генерал-полковника В.Вознюка.
    Такого раньше никогда не наблюдалось: съезд – высший форум партии, и важнее съезда ничего быть не должно. Главные ракетчики страны отсутствовали, конечно же, не по собственному желанию – на то были особые, чрезвычайные обстоятельства, о которых знали лишь первые лица партии и страны, включая и министра обороны СССР маршала Г.Жукова. Он постоянно контролировал ход событий в «хозяйстве Вознюка» и докладывал первому секретарю ЦК о готовящемся подарке съезду партии.
    На полигоне Кап.Яр (так в обиходе ракетчики называли Капустин Яр – авт.) царил жесточайший режим. Считанные люди знали о существовании площадки 4-Б, и совсем единицы – чем там занимаются. Все, работавшие на этой площадке, там и жили. Любые контакты с жителями военного городка категорически запрещались. Полная автономия. Зона особого режима. Беспрепятственный проход на площадку имели только два человека: С.Королев и В.Вознюк. Охрану площадки вели не солдаты срочной службы, а особое подразделение госбезопасности. Считалось – так надежнее.
    Лишь перед самым пуском Председатель Государственной комиссии П.Зернов (под его началом в Арзамасе-16 создавалась первая атомная бомба – Главного конструктора Ю. Харитона) собрал членов госкомиссии и сообщил, что готовится пуск «атомной ракеты». Он разрешил пройти в зал, и тут члены комиссии впервые увидели настоящую атомную бомбу. «Это то, что мы должны запустить», – сказал Зернов без всяких комментариев. Все действие продолжалось не больше трех минут: зашли, увидели, вышли...
    Последний, 28-й по счету, контрольный пуск ракеты Р-5М состоялся 11 февраля 1956 года и прошел на редкость удачно, но оптимизма испытателям не прибавил – все знали эффект «присутствия высокого начальства». На «атомный пуск» приехало действительно высокое начальство. Нервничал Королев, нервничал Вознюк: к массе своих чисто технических и организационных проблем прибавились новые хлопоты, новые заботы.
    Особо раздражало Королева решение высшего руководства приурочить пуск к съезду партии – очередному «знаменательному событию». Он любил делать Дело, а «не приурочивать»... Правда, не все зависело от Королева, и ему приходилось делать то, что от него требовали. В таком же положении пребывал и Вознюк... «Приказы не обсуждают, приказы выполняют», – гласит армейский закон. Это был приказ Королеву, Вознюку, Зернову...
    Пристыковка головной части с атомным зарядом прошла по строго разработанному ритуалу. Ракету вывезли на старт. Все приготовились ехать в укрытие, как неожиданно прозвучала команда: по метеоусловиям района падения головной части пуск откладывается. Двое суток ждали погоды...
    Нервничали все на полигоне, нервничал Жуков в президиуме съезда...
    20 февраля 1956 года дали команду на пуск. Старт ракеты прошел без замечаний. Вскоре из района падения головной части прозвучал телефонный доклад: «Наблюдаем «Байкал»! Наблюдаем «Байкал»!» В Кап. Яре поняли: ракета достигла заданного района. Над Казахстаном зажглось еще одно солнце, мигом превратившееся в огненный смерч. Над заснеженной степью вырос чудовищный гриб…
    Д.Устинов, М.Неделин, П.Зернов поздравили конструкторов и испытателей с удачным пуском. Через два часа самолет с делегатами взял курс на Москву, где продолжал работу XX съезд КПСС.
    В апреле 1956 года вышел секретный Указ о присвоении звания Героя Социалистического Труда Главному конструктору «атомной ракеты» Р-5М С.Королеву и его соратникам В.Глушко, Н.Пилюгину, В.Бармину, М.Келдышу, В.Кузнецову, В.Мишину, А.Исаеву, М.Рязанскому... По-царски щедро отметили и заслуги атомщиков. Создатели ядерных зарядов академики Ю.Харитон и Я.Зельдович стали трижды Героями. Второй золотой медалью Героя Труда наградили 35-летнего академика А.Сахарова. Геройскими звездами были отмечены П.Зернов, Е.Негин, С.Кочарянц...
    С.Королев лично ходатайствовал, чтобы звание Героя Труда присвоили и начальнику полигона генералу В.Вознюку. Последовал стандартный ответ: «9 августа 1955 г. В.Возюку присвоили звание генерал-полковника артиллерии. Это высокое звание. Нельзя в течение года заслуги одного человека отмечать по нескольку раз». Была еще одна тонкость: министра Д.Устинова и маршала артиллерии М.Неделина наградили орденами Ленина, отмечать более высокой наградой подчиненного – не принято. Но и не наградить – тоже нельзя. Думали-гадали и наградили В.Вознюка еще одним орденом Ленина.
    Государственными наградами отметили большую группу испытателей полигона и ведущих специалистов днепровского ракетного завода, освоивших серийный выпуск атомной ракеты Р-5М. Среди награжденных были Л.Смирнов, М.Янгель, А.Макаров, В.Будник, Н.Хохлов, Л.Берлин, Л.Ягджиев и другие.
    Хорошо, когда все хорошо кончается. А ведь был страшный риск – аварийные пуски ракет в те времена были не такой уж редкостью. На этот раз все обошлось – XX съезд КПСС получил грандиозный «подарок»...
    Операция «Тополь»
    Заслуги генерала В.Вознюка в создании первого ракетного полигона как мощного научно-исследовательского и учебного центра – исключительные. Особое уважение и признание ракетчиков он заслужил тем, что был не только достойным начальником полигона, но и настоящим, рачительным хозяином: сделал все, чтобы испытатели жили по-человечески, в современном городе с парками и бульварами, магазинами и столовыми, детскими садами и школами, кинотеатрами и библиотеками, стадионами и бассейнами. Ветераны помнят: Вознюк первым начал сажать деревья, закладывать парки, вырастил у своего дома чудесный сад. Первую столовую назвал «Стряпухой», гостиницу – «Уютом», кафе – «Рідною хатою»...
    Назначая В.Вознюка председателем Специальной комиссии по выбору места будущего космодрома Байконур, М.Неделин и С.Королев надеялись, что В.Вознюк возглавит и новый космодром, превратит его в такой же зеленый оазис, каким стал Капустин Яр. После длительных поисков место определили, утвердили, но Василий Иванович категорически отказался уезжать из Кап. Яра: «Силы уже не те, чтобы начинать все «с нуля». Вознюк, конечно, лукавил: он просто прикипел к своему детищу и гордился им. Ему предложили высокую должность в столице – снова отказ.
    Центр испытаний нового поколения ракетных комплексов переместился в Байконур, но «хозяйство Вознюка» не осталось без дела: появились новые разработки М.Янгеля, В.Челомея, В.Макеева, А.Надирадзе, М.Решетнева. И все они начинали путь со стартовых площадок Кап. Яра.
    К приезду «главного ракетчика страны» готовились четыре месяца. Красили и перекрашивали все и вся. Приезжали на полигон очередные наследники светлейшего князя Потемкина и выдавали новые указания: перекрасить, переделать, переасфальтировать...
    От бессмысленной работы и сумасшедшего перенапряжения в августе 1958 года у Василия Ивановича Вознюка случился инфаркт. До приезда «дорогого Никиты Сергеевича» оставался месяц. Темпы подготовки к операции «ТОПОЛЬ» (так закодировали приезд Н.Хрущева в Капустин Яр) не снижались...
    На полигоне Н.Хрущев пробыл три дня. Его сопровождал новый министр обороны СССР Р.Малиновский, сменивший на этом посту Г.Жукова, которого Хрущев снял и отправил на пенсию. В первый день гостям показали пуски тактических, оперативно-тактических и стратегических ракет средней дальности; на второй день демонстрировали свое мастерство войска ПВО – стреляли зенитными управляемыми ракетами по воздушным мишеням; на третий день состоялся показ новейших самолетов, вооруженных ракетами класса «воздух-воздух».
    Операция «ТОПОЛЬ» удалась: Н.Хрущев сиял! В часовой речи он стал воспитывать и поучать маршалов И.Конева, К.Рокоссовского, А.Еременко, легендарного авиаконструктора А.Туполева, какой должна быть современная армия, какую технику надо иметь. «Ни авианосцы, ни бомбардировщики нам не нужны! – горячился Хрущев. – Бомбардировщики до Америки не долетят – их собьют, корабли – потопят… У нас единственный выход – развивать ракетно-ядерную мощь! Ракета – это наш щит и меч!» Так завершилась первая, но не последняя секретная операция: в Капустин Яр Н.Хрущев приезжал еще несколько раз.
    В госпиталь, где после инфаркта лежал Вознюк, передали две записки. «Дорогой Василий Иванович! У Вас все прошло хорошо. Освобожусь – заеду. М.Неделин». Вторая была написана рукой С.Королева: «Дорогой Василий Иванович! Желаем тебе скорейшего выздоровления, здоровья и много сил для дальнейшей работы. Сожалеем, что не привелось встретиться, но эта встреча не за горами. Поправляйся и приезжай к нам в Москву. Крепко жмем руку. С.Королев, В.Глушко, М.Рязанский, Н.Пилюгин, В.Бармин. 10 сентября 1958 г.»
    Выписавшись из госпиталя, Вознюк начисто забыл о советах врачей жить в щадящем режиме – работал, как и прежде, по 12 – 16 часов в сутки. Если бы в 1961 году ему не присвоили звание Героя Труда, в истории ракетной техники В.Вознюк и так остался бы Первопроходцем и Героем.
    На полигоне продолжались испытания новых, все более сложных ракетных комплексов и космических носителей. Опаленная ракетным пламенем степь Кап. Яра не раз слышала лай первых собачек, проложивших дорогу в стратосферу и открывших путь космическим полетам. С космодрома Капустин Яр стартовали первые днепровские носители «Космос» и «Интеркосмос», отсюда выведены на орбиты первые космические аппараты, созданные на берегах Днепра, в далекой Индии, других странах.
    Каждый успешный запуск Василию Ивановичу Вознюку добавлял радостей, но и отнимал силы. 13 сентября 1976 года его главный «двигатель», не отработав полный земной ресурс, внезапно остановился...
    Первый из первых ракетчиков стал достоянием Истории.

    Огонь ведут «катюши» генерала Вознюка
    В. Вознюк (слева), С. Ветошкин, С. Королев. Капустин Яр. 1948 г.
    Группа ведущих специалистов КБ «Южное» в гостях у легендарных Вознюков. Капустин Яр. 1976 г.
    На старте – «Интеркосмос-1». Капустин Яр. 14 октября 1969 г.
    У перископа – начальник полигона генерал-полковник Вознюк



.

 
 
 
  Последние новости 19.11.2018: Відбувся успішний пуск ракети-носія «Антарес»
16.11.2018: С мыса Канаверал запущен катарский телекоммуникационный спутник
16.11.2018: ОАЭ сформируют отряд для ежегодной отправки космонавтов на орбиту
12.11.2018: Состоялся первый коммерческий пуск РН Electron
12.11.2018: Китай к 2025 году запустит еще девять метеоспутников "Фэнъюнь"





© Space-Inform,  Kiev, 2001  
 

При использовании материалов ссылка на "СПЕЙС-ИНФОРМ" обязательна